1. Капитан Джон Смит и Россия
   
2. Джон Пол Джонс
   
3. Федор Толстой Американец
   
4. Егор (Джордж) Зонтаг
5. Россия и индейцы
6. Желудь
7. Павел Мельников и пароходы на Волге
8. Excavator
   
9. Джеймс Макнил Уистлер
10. Уайнансы и "корабли-сигары"
11. Обед лондонских изгнанников
    
12. Сэмюел Кольт в России
    
13. Френсис и Люси Пикенс
14. Душка Пикенс
15. Генерал Джон Турчин (Иван Турчанинов)
    
16. Кассиус Клей
17. Визит Великого князя Алексея
18. Януарий Макгахан
19. Америка как метафора загробной жизни
20. Николай Васильевич Чайковский
21. Питер Деменс (Петр Дементьев)
22. Швейная машинка "Зингер"
    
23. Портсмутский мир
24. Балалайка
    
25. С чего начиналась американская советология
26. Из российских учебников истории начала XX века
27. Эмма Голдман
28. Луиза Брайант
29. Анна Луиза Стронг
30. Айн Рэнд
31. Уильям Буллит и Нил Браун
32. Фрэнк Бруно Хоней
33. Арманд Хаммер
34. Летчики-участники рейда Дулитла на Японию, интернированные в СССР в 1942-1943 гг.
35. Голливудские фильмы об СССР времен Второй мировой войны
36. "Кухонные дебаты" Хрущева и Никсона
    
37. Хрущев в США
38. Дартмутские встречи
    
39. Гэс Холл
    
40. Мэри Хопкин, Those were the days, my friend...
41. Горбачев и обещания Запада
42. Обама, история и Лиз Чейни

Times: в Британии ради экономии профессоров заменят выпускниками

Правительство Великобритании требует от вузов страны резко сократить расходы. Предполагается уволить тысячи преподавателей, закрыть целый ряд студенческих городков, а также передоверить преподавание некоторых курсов недавним выпускникам – их труд обойдется государству дешевле, чем содержание профессоров. Об этом сообщает The Guardian.
По информации издания, если британские власти не окажутся от своих планов, то Великобритании угрожает массовая забастовка преподавателей и студентов. 

«Газета.Ru»

Спросим у homo_ineruditus , правда ли?

В Волгограде задержаны 15 глав отделений ДПНИ

Доклады и оценки ситуации российских участников круглого стола делились на две группы. Часть современных российских историков признаёт (и даже испытывает на себе) существенную несвободу, которую подпитывают следующие обстоятельства:

• явное желание власти участвовать в формировании «правильного» образа истории; риторика патриотизма, основанного на «славном» прошлом;
• отсутствие исторического сообщества, могущего с научной и общественной позиции противостоять давлению власти;
• история, историки и власть – это не независимые сферы, а пересекающиеся: часть историков – это и есть власть (традиция, идущая с советского времени); власть всегда знает, что можно найти профессиональных (по образованию) историков, напишущих по заказу;
• отсутствие площадки для дискуссий историков (ею не должна быть политическая арена);
• существование вертикали внутри университетов;
• большие сложности с доступом в архивы; избирательный характер «допущенных»;
• проблемный уровень исторической грамотности у людей, связанных с принятием политических решений (речь, в частности, шла о принятии решения по поводу праздника 4 ноября – стенограмму можно посмотреть здесь, обсуждение даты - ближе к концу)
• законодательные препоны для действий историков – дело не только в законопроектах, напрямую связанных с «фальсификацией» истории, но и в иных законах, например, сейчас готовится закон о передачи собственности церкви, что может привести к уничтожению многих музеев и закрытию возможности исследовать многие исторические памятники.

Сегодня принята военная доктрина России. Специалистов по военному строительству у нас хватает, думаю, комментариев будет достаточно. Меня царапнули несколько пунктов:

Во-первых, мне как-то ближе понимание военных угроз как внешних. А тут:

9. Основные внутренние военные опасности:

а) попытки насильственного изменения конституционного строя Российской Федерации;

б) подрыв суверенитета, нарушение единства и территориальной целостности Российской Федерации;

С Быковым нетрудно совпадать, мы с ним ровесники, и даже есть общие знакомые. Но он умеет выразить ощущения. Поэт.

...
Ничто не делается сразу,
не сразу строилась Москва —
я часто слышал эту фразу,
но мне, ребята, сорок два!

О, эти штампы — не от них ли
мы снова влезли под ярмо,
надеясь, что, пока мы дрыхли,
тут все устроится само?
Ан нет, товарищ: много чести.
Мы, истомившись в немоте,
стоим на том же самом месте —
да только мы уже не те.
А то в газетах бы порыться —
и можно в юном кураже
решить, что мне едва за тридцать…
Но дети взрослые уже.

А впрочем, что я волком вою
перед читательской средой,
тряся похмельной головою,
еще покуда не седой?
Паситесь, мирные народы,
среди коттеджей и трущоб, —
но жил я все же в эти годы?
Любил? Еще б! Писал? Еще б!
Не слег, не скурвился, не смылся,
не спился, не попал в псари…
А смысл — какого, к черту, смысла?
Что жив — спасибо говори.
Какой тебе еще морали
и от чего она спасет?
Тут у Отечества украли
не десять лет, а все пятьсот —
в одном издании серьезном
во весь опор, на всю страну
идет дискуссия о Грозном
и прочат дыбу Лунгину!
В открытом, так сказать, режиме,
чтоб видел потрясенный свет…

Но пять веков мы все же жили!
Ей-богу, жили!

Или нет?